Все новости
Фрагменты новых книг

Чем жидкое мыло лучше кускового, а чем хуже. Отрывок из книги "Жидкости"

© Mike Coppola/Getty Images for New York Fashion Week: The Shows
В издательстве "Манн, Иванов и Фербер" вышла книга материаловеда Марка Медовника. ТАСС публикует отрывок о мыле и шампунях: нужно ли, чтобы они пенились, почему иногда они слишком хороши и причем тут вырубка дождевых лесов

"Жидкости. Прекрасные и опасные субстанции, протекающие по нашей жизни" — всего лишь вторая книга британца Марка Медовника, но на родине, да и в других странах, он известен давно. В 2018 году королева Великобритании Елизавета II даже вручила ему рыцарский орден за просветительство: ученый выступает с публичными лекциями, устраивает выставки, запускает научно-популярные сайты, пишет колонки.

Вообще-то Медовник специалист в металлургии, но в этот раз решил рассказать о жидкостях (впрочем, в книге есть и рассказ о металлах в недрах Земли). Повествование строится вокруг путешествия на самолете, где автору попадаются на глаза и приходят на ум разные вещества, о которых идет речь в 13 главах. Разумеется, на борту Медовник сталкивается и с жидким мылом, постепенно вытесняющим мыло твердое, кусковое. Но почему? И хорошо ли это?

Если взглянуть на список ингредиентов на этикетке современного шампуня, вы, вероятно, заметите там нечто под названием лаурилсульфат натрия или родственный ему лауретсульфат натрия. Это строительные блоки большинства современных шампуней, очень эффективные поверхностно-активные вещества, которые не особо взаимодействуют с кальцием в воде и в жесткой воде не образуют хлопьев. Кроме того, они делают кое-что еще, что мы условились считать существенной частью шампуня: пенятся. Причем очень, очень хорошо.

Когда вы пользуетесь шампунем, то скребете и взбиваете, захватывая воздух; при этом на ваших руках нарастает пена. Воздух пытается выбраться из воды и, достигая поверхности, образует пузырек. Если вы будете скрести волосы без поверхностно-активных веществ, пузырек станет просто тонкой пленкой чистой воды. При контакте с воздухом у нее высокая поверхностная энергия, поэтому пузырек быстро лопнет. Но все меняется, когда вы добавляете какое-нибудь поверхностно-активное вещество, хотя бы лаурилсульфат натрия. Его молекулы легко собираются в тонкой водяной пленке, окружающей пузырек, понижая тем самым поверхностную энергию жидкости настолько, что пленка становится относительно стабильной. Когда вы втираете шампунь в волосы, формируются более стабильные пузырьки, что приводит к образованию обильной пены. А поскольку поверхностно-активное вещество одновременно с этим вбирает в себя масло и жир, мы связываем чистоту с пеной и судим об эффективности шампуня по ее количеству. Современная реклама это подчеркивает, но на самом деле пена не помогает шампуню очищать более тщательно. Она играет чисто эстетическую роль.

Лаурилсульфат натрия и его семейство поверхностно-активных веществ работают настолько хорошо и они настолько дешевы, что теперь присутствуют почти в любом чистящем продукте. Они есть не только в шампуне, но и в чистящих жидкостях, средствах для стирки и даже в зубных пастах — вот почему ваш рот наполняется пеной, когда вы чистите зубы. Здесь, опять же, роль пены декоративна — она будто говорит: "Смотрите! Я чищу зубы!" Успех лаурилсульфата натрия привел к тому, что это вещество заменило нам кусковое мыло как главное средство для очистки в душе остального тела, помимо волос; это было наступление "средств для мытья тела". Их продавали в маленьких бутылочках и тюбиках, как шампуни. А поскольку представители связанного с лаурилсульфатом натрия семейства поверхностно-активных веществ прозрачны, они великолепно выглядят в прозрачных бутылочках, особенно если их окрасить и ароматизировать, как часто делают с шампунями.

Но популярность средств для мытья тела объяснялась не только их эстетическими свойствами. Когда вы в душе или ванне, у кускового мыла проявляется один недостаток: в мокром состоянии оно невероятно скользкое. Если вы принимаете ванну в регионе с жесткой водой и пользуетесь кусковым мылом, то вы, когда мыло прореагирует с кальцием воды, не только окажетесь в воде с хлопьями, но и рискуете вообще потерять брусочек в мутной воде, если он выскользнет из руки. А если вы принимаете душ, мыло, выскользнув, обычно улетает далеко и начинает метаться по поддону, как рикошетирующая пуля, и в конце концов оказывается под ногами, где вы можете на него наступить, потерять равновесие, поскользнуться и разбить себе голову. Но такого не будет, если вы пользуетесь гелем для душа.

Гель обладает еще одним преимуществом: он находится в бутылке. Кусок мыла нужно куда-то класть, и обычно он оказывается на открытой поверхности. Его внешний слой размокает и превращается в неприятную склизкую мягкую массу. Брусок становится весьма несимпатичным на вид — в отличие от жидкого мыла, которое всегда выглядит приятно. А кусковое мыло, даже высохнув, уже не возвращает себе в полной мере вид твердого и надежного предмета; оно теряет первоначальный вид и форму после одного-единственного использования.

Жидкое мыло, которым я пользовался, действительно имело в своем составе лауретсульфат натрия. Скорее всего, оно сделано из пальмоядрового или кокосового масла. Деревья, из которых получают эти масла, растут в тропическом климате. В последнее время они приобрели невероятное значение для мировой экономики, поскольку их легко выращивать и продукта они дают много. Это стабильный и выгодный источник дохода для любых стран с подходящим климатом. Ежегодно производится 50 млн т пальмового масла, которое затем идет во всевозможные продукты: от пирожных до косметики. В следующий раз, когда будете в супермаркете, взгляните на состав галет, пирожных, шоколада, хлопьев и т. д., и т. п. Очень может быть, что вы обнаружите пальмовое масло во всех этих продуктах.

Для изготовления жидкого мыла особенно полезно пальмоядровое масло, что объясняется его необычным химическим составом. В нем много лауриновой кислоты — молекулы с 12 атомами углерода в цепи с характерной для кислот карбоксильной группой на конце. На первый взгляд, она очень похожа на поверхностно-активные вещества, но не имеет заряженного конца. Но это легко исправить, говоря химически. Важен размер молекулы; лауриновая кислота при ее использовании для изготовления поверхностно-активного вещества создает молекулу с углеродной цепью намного меньшего размера, чем те, что можно обнаружить в обычном мыле (в тех, как правило, есть цепочка из 18 атомов углерода).

Лауриновая кислота, будучи сама меньше по размеру, дает поверхностно-активные вещества тоже меньшего размера; поэтому они получаются легче и эффективнее работают в качестве пенообразующего агента. Строго говоря, они даже слишком эффективны в этом качестве.

Приятные ощущения, возникающие при мытье рук жидким мылом, обусловили всплеск его производства — и, соответственно, спроса на пальмовое и кокосовое масла. Это, в свою очередь, привело к вырубанию больших площадей дождевых лесов в странах, где эти масла производятся, таких как Малайзия и Индонезия. Все невероятное биологическое разнообразие таких лесов заменяется монокультурой пальм. Это имеет целый ряд отрицательных последствий, и одно из них — уничтожение мест обитания диких животных (а многие из них и так в опасности) и полное истребление природных сообществ, которые цивилизация теснит уже не первое столетие. Однако спрос на жидкое мыло и другие продукты, в состав которых входит пальмовое масло, настолько велик, что этот процесс продолжается.

И, как будто этого мало, моющие средства с лауретсульфатом для некоторых людей, возможно, работают слишком хорошо — в буквальном смысле. Они удаляют жиры и масла настолько эффективно, что могут вызвать различные раздражения кожи, например экзему и дерматит. Чтобы предотвратить это, производители жидкого мыла добавляют в свой продукт модификаторы и увлажнители, призванные заменить природные масла, которые лауретсульфат натрия вытягивает из вашей кожи. Значит, мы можем едва ли не радоваться тому, что большая часть жидкого мыла, которое мы используем, просто стекает в раковину, даже не соприкоснувшись с нашими руками. Производители пытаются бороться с этим, увеличивая вязкость мыла, а также создавая дозаторы, которые выдают его на руки не в виде жидкости, а в виде пены, что более практично. Дозаторы пены действительно хороши, и не только потому, что выдают вам именно то крохотное количество поверхностно-активного вещества, в котором вы нуждаетесь, вместе с большим количеством воздуха, но и потому, что они наконец придумали реальное полезное использование для пены. Она здесь играет не только эстетическую роль, как в шампунях, средствах для тела или зубных пастах. В дозаторах именно пена оказывается средой, которая доставляет поверхностно-активное вещество к вашим рукам.

В целом жидкое мыло различных сортов стало индустрией с оборотом порядка сотни миллиардов долларов. При помощи моющих средств мы содержим тело в чистоте и придаем ему аромат, поддерживаем чистоту и ароматность одежды, волос, моем посуду и — возможно, это важнее всего в нашем густонаселенном мире — используем их как одно из мощнейших средств поддержания своего здоровья и борьбы с распространением болезней. Но когда мы покупаем их, то платим в основном за маркетинг. Главные ингредиенты моющих средств, собственно удаляющие грязь, дешевы. Поэтому стоит задуматься о том, как производятся эти продукты и какое воздействие эта индустрия оказывает на тропические леса. Лично я предпочитаю кусковое мыло. Оно сделано по руке, и мытье им дает мне ощущение вещественного контакта, бодрит и успокаивает. Да, мыло в брусках трудно продавать, но для меня это тоже одно из его положительных свойств: вы покупаете кусок мыла потому, что нуждаетесь в нем, а не потому, что вам кажется, будто он сделает вас другим человеком, более успешным, более желанным или сексуальным.